Значимые события

11.09.2012

Иосифу Кобзону исполнилось 75

Семеро внуков и полторы тысячи песен в репертуаре. Хитами их даже называть неловко — не вмещает слово "хит" историю страны. Какое уж тут Believe Me, Кобзон споет – "Поверь мне", и веришь.

"Я никогда не учу песню как стихи — я ее учу по образу, — рассказывает народный артист СССР Иосиф Кобзон. — Как можно петь песню:
"Поле, русское поле…
Светит луна или падает снег.
Счастьем и болью
Вместе с тобою..."
Как эту песню учить как стихи? Я когда ее пою, я вижу это русское поле, я чувствую это русское поле.
"Не сравнятся с тобой ни леса, ни моря…"
Я видел леса и моря! Я объехал всю великую страну, Советский Союз — от Москвы до самых до окраин, как в песне поется. Поэтому я знаю, что такое поле, что такое Русь, что такое любовь, что такое дети, что такое внуки. Я все это знаю".

Ценить мгновения Кобзон умеет не только на сцене. Не раз выступал перед солдатами в горячих точках. Начал еще с Афганистана. Во время событий в театральном центре на Дубровке участвовал в освобождении заложников. Он — один из тех, кому памятники ставят при жизни. Его именем даже названа малая планета.

В юбилей он цитирует Григоровича: "Такие, как я, на пенсию не уходят, они как деревья падают". Сам Кобзон на ногах стоит крепко, вот только петь уже устал. "Я чувствую, что мне приходится в последнее время прикладывать усилия к тому, чтобы достойно выполнить свои функции народного артиста, — признается Иосиф Кобзон. — Поэтому я решил: не надо. Вот через силу, когда ты заставляешь себя любить через силу, петь через силу, пить через силу — ничего этого не нужно делать. Нужно все это оставить и закончить".

Оставит, но не сейчас. Сегодня — юбилейный концерт. До конца года — тур, который не хочет называть прощальным. Скорее, заключительным. Просто заканчивается еще одна глава в книге, которую Кобзон пишет сам. Певец, чья карьера в Москве началась с разгрузки вагонов на Рижском вокзале, сейчас депутат Госдумы и профессор Гнесинки. Говорит, что главные уроки для своих учеников берет из собственного жизненного опыта.

"Меня спрашивают: "Вот Вы уже полвека выходите на сцену, когда Вас объявляют — волнуетесь?" Я говорю: очень. Потому что человек, который перестает волноваться, когда его объявляют на сцене, он уже — кустарник, он – ремесленник, он — не профессионал, — рассуждает артист. — Это уже все, пустое место".

"Мэтр" — ему мелковато. "Легенда" — она не прекращается. Пугачева сформулировала: "Вождь советской эстрады". Вождем шоу-бизнеса Иосиф Давыдович быть не хочет. На вопрос — почему — отвечает тостом Николая Добронравова: "Нынче творческий труд обесценен, и сомнителен весь хит-парад. "Ах, как хлопают бодро на сцене, ах, как искренне в зале молчат".

Сегодня юбиляр обещает настоящий марафон из песен. Будет петь, пока сил хватит. И добавляет: часов на семь хватит точно. До конца года Кобзон выступит в 15 столицах союзных республик бывшего СССР. И это не прощание, а, скорее, воспоминание о молодости.


Вернуться назад